P.S. Если следили за рассказом о Бормане в видео 🙂
Мой пес Борман был существом низких моральных качеств.
Внешне он напоминал помесь таксы с небольшим волосатым чемоданом. Борман воровал еду, ненавидел дворников и регулярно вступал в беспорядочные связи с соседской болонкой. Словом, вел жизнь обычного творческого интеллигента.
В тот вечер мы с женой Леной смотрели телевизор. Показывали новый сериал — «Рыцарь Семи Королевств». Я хотел выпить водки и лечь спать. Лена хотела приобщиться к эпосу. Борман спал на коврике, издавая звуки, характерные для неисправного водопровода.
На экране появился огромный нелепый рыцарь Дункан Высокий. Он шагал по грязи, лязгая железом. Рядом семенил лысый мальчишка-оруженосец по имени Эгг. Борман вдруг перестал храпеть. Он поднял голову. Уши его, обычно висевшие, как старые носки, встали торчком. Он подошел к экрану и сел.
— Смотри, — сказала Лена. — Собака интересуется фэнтези.
— Собака интересуется, когда дадут жрать, — мрачно ответил я. Я ошибался.
С этого дня Бормана подменили. Криминальное прошлое было забыто. Пес обрел достоинство. Едва заслышав заглавную музыкальную тему, он бросал все дела — будь то вылизывание лап или попытки отгрызть кусок дивана — и мчался к телевизору. Он садился ровно по центру ковра. В его карих, слегка косящих глазах читалось благородство.
Его повадки изменились. Раньше он выпрашивал еду, унизительно скуля и заглядывая в рот. Теперь он требовал пищу взглядом. Казалось, он ждет не дешевых сосисок из кулинарии, а жареного каплуна и пинту темного эля. Я насыпал ему сухого корма. Борман понюхал миску, тяжело вздохнул и посмотрел на меня так, словно я нарушил законы гостеприимства лордов Вестероса. Пришлось добавить кусок ливерной колбасы.
Затем он стал моим оруженосцем. Утром, когда я с похмелья брел на кухню, Борман следовал за мной на почтительном расстоянии. Он приносил мне в зубах растоптанный тапок с таким величественным видом, будто это был родовой щит Таргариенов. — Спасибо, Эгг, — машинально говорил я. Пес одобрительно вилял хвостом.
В пятницу зашел мой друг, фотограф Миша. Миша пил так, что ему завидовали бы даже в Ночном Дозоре.
— Что с твоей собакой? — спросил Миша, наливая третью. — Он смотрит на меня как на одичалого.
— Он фанат Дункана Высокого, — объяснил я.
— Ищет идеалы. Миша хмыкнул. — Идеалы — это хорошо. Идеалы — это закуска духовная. Дай ему сыра.
Мы досмотрели сезон втроем: я, Лена и Борман. В финальной сцене рыцарь совершал какой-то очередной благородный, но совершенно бессмысленный поступок. Борман тихо заскулил. В этом звуке была вся тоска существа, запертого в теле волосатой сосиски, но мечтающего о турнирах, чести и звоне мечей.
Телевизор погас. Борман подошел ко мне, положил тяжелую морду мне на колено и закрыл глаза. Я погладил его по жесткой шерсти.
— Ничего, сир Борман, — сказал я. — Завтра пойдем в парк. Там много драконов. В смысле, ворон.
Пес тихо вздохнул. Жизнь продолжалась, хотя и без доспехов.
